familie

приятно



За месяц до начала XXIII зимних Олимпийских игр в Пхенчхане обнаружилось, что олимпийская трасса для соревнований по сноуборду и фристайлу все еще не построена. Для того, чтобы срочно исправить эту ошибку, организаторы ОИ-2018 предложили латвийской компании WeBuild Parks заняться строительством олимпийского объекта.

Выбор олимпийского комитета Южной Кореи не случайно пал на латвийскую компанию, работу специалистов которой высоко оценили еще в 2016 году при строительстве трассы для Кубка мира на китайском горнолыжном курорте Ябули. Тогда в крайне сложных погодных условиях латвийские специалисты сумели подготовить трассу в кратчайшие сроки, завершив ее строительство буквально за три часа до начала официальных тренировочных заездов.
Кроме того, по завершении соревнований все участники чемпионата и оргкомитет единогласно признали, что это была лучшая горнолыжная трасса в истории.


familie

про борьбу с сугробами

familie

Куда ж без экзистенции, мать ее за ногу (c постпанком Виктором Пузо беседует Улдис Тиронс)

- Я недавно разговаривал с одним коллекционером, который как раз вернулся с Венецианской биеннале, где, помимо прочего, побывал в русском павильоне. И вот он считает, что сегодняшняя ситуация в России может способствовать появлению интересного подпольного искусства.
- Андеграунд? Знаете, андеграунд здесь был и есть всегда. У нас есть искусство класса современного шоу-бизнеса – всяческий contemporary art, который у всех на слуху. Есть бренды – имена московского концептуализма: те же Кабаковы, Эрик Булатов. Есть попроще, но тоже крутые, типа Беляева-Гинтовта и так далее. А есть андеграунд вот в таких местах, как наша «Рюмочная», где происходят какие-то непонятные выставки. Есть Герман Виноградов, который дома устраивает перформансы. Или Пахом, хотя он уже между шоу-бизнесом и андеграундом. То есть в принципе андеграунд в России всегда был, никуда он не девался. Он просто не на слуху. Но сейчас в связи с тем, что интернет есть в каждом доме, все вдруг стали замечать, что есть какое-то другое искусство. А то, что в России сейчас что-то должно бабахнуть, вы знаете, эту фразу я уже слышу лет 25.


familie

О чем лают собаки в Англии? (И почему Латвии все-таки немного повезло)

familie

Baltic university 1946

Первое, что сделали беженцы из оккупированной Прибалтики в Европе после окончания войны – 1946 году создали Балтийский университет (как никак от восточных освободителей в основном бежали образованные горожане, как более мобильная часть населения). Первые помещения этого учебного заведения находились в здании музея в городе Гамбург.



В наши дни в здании опять музей.

familie

Борьба внутренней значимости с внутренним шимпанзе.

Что ни скажи – все что угодно на самом деле, – и ты обнаружишь себя в гуще разговора, который ведется столетиями. Это, конечно, красиво, но в то же время опасно. Время идет, смыслы образуются, множатся и в конечном счете окостеневают. Вечная мечта о том, что два мудреца, которых в реальности разделяют столетия, сойдутся и просто потолкуют, оборачивается иллюзией. Кто готов поручиться, что Платон и Ричард Рорти не станут таращиться друг на друга, вцепившись потными ладонями в ручки кресел и недоумевая, по какой такой причине господин напротив так ничего и не понял?

Ребекка Ньюбергер Гольдштейн как раз хорошо это понимает. В отличие от многих современных философов, она крайне редко раскладывает все по полочкам – чаще просто создает. Ее философия никогда не говорит: «Ты утверждаешь то-то и то-то. Но того-то и того-то из этого никак не следует! Ты исходишь из ложных посылок!» Скорее, ее подход можно описать так: «Давай я тебе объясню, о чем речь. Посмотрим, насколько это тебя заденет». Она пишет, демонстрируя ход мысли, а не утверждая или оспаривая моральные и метафизические теории; она раскрывает, о чем идет речь, чтобы показать неочевидные следствия, скрытые предпосылки и косвенные выводы, и в конце всегда спрашивает: «Должны ли мы так думать?» Афористичностью Гольдштейн не блещет – чаще всего она выступает как романист, наделенный серьезностью и способностью к сопереживанию, которых требует эта профессия.

Рисуя безграничный мир смыслов и доводов, Гольдштейн пускается в самые неожиданные путешествия. В романе «Страсть умной женщины, пережитая под конец лета» (1989) – своего рода торжество психологии перед лицом философии – рассказывается, как Платон и Спиноза становятся твоими друзьями в размышлениях, но испаряются при первой же попытке по-настоящему им довериться. Физика нашего автора тоже не пугает. В книге «Свойства света» (2000) говорится об эмоциональных вспышках ученых, пытающихся примирить квантовую механику с теорией относительности. В «Неполноте» (2005) Гольдштейн анализирует интеллектуальное развитие гения математики Курта Гёделя и его весьма непростые отношения с мыслью Платона и Витгенштейна. Но, пожалуй, самые интересные и наиболее личные ее работы касаются вопросов этики и теологии. «Предать Спинозу» (2006) – захватывающий рассказ о человеке, которого другие воспринимали либо как страстного богоискателя, либо как холодного атеиста. В центре внимания этой книги – еврейство, вопрос, к которому Гольдштейн, выросшая в семье ортодоксальных евреев, обращается постоянно. В романе «Майзель» (1995) она пытается выяснить, можно ли от еврейства отказаться, – проблема, в основе которой лежит разница между природой и мнением. Атеистическая на первый взгляд книга «36 доказательств бытия бога» (2010) утверждает высшую важность религиозного чувства.

Простых ответов Гольдштейн не ищет. В какой бы роли она ни выступала: историка, философа или романиста, главное для нее – важность важности и те интеллектуальные апории, которые будут вечно мучить вид, обреченный на невозможное, а может, и определенное нам богом – производство смыслов.


Этот текст оскорбит ветеранов Цусимы

reposted by buksartis
В РФ очередная веселуха - как и ожидалось, в прокат не хотят выпускать западную комедию "Смерть Сталина".

В фильме оскверняются "наши исторические символы: гимн, ордена и медали, Жуков показан придурком". Про то, что "наш исторический символ" Сталин показан и вовсе мертвеньким не сказано, но подразумевается. Гнилые акулы капитализма в открытую издеваются над первым в мире государством рабочих и крестьян.Read more...Collapse )